Российско-украинская война: что такое фильтрация?

Представлено описание фильтрационных процедур в отношении украинцев, принудительно вывозимых в Россию.
Евгений Захаров26 февраля 2024UA DE EN ES FR IT RU

Російські військові перевіряють чоловіка на одному з блокпостів. Фото: твіттер-акаунт OSINTtechnical

Российские военные проверяют мужчину на одном из блокпостов. Фото: твиттер-аккаунт OSINTtechnical

Россия начала полномасштабную войну, чтобы уничтожить украинское государство и всех украинцев, кто его защищает и поддерживает. И для этого была выбрана стратегия выжженной земли: каждый город, сопротивлявшийся российским атакам, уже на второй день подвергался бомбардировкам и воздушным ударам против гражданского населения и гражданских объектов. Это привело к гибели и ранениям десятков тысяч гражданских лиц, разрушениям десятков тысяч зданий, миллионам беженцев и внутренних переселенцев.

Деятельность на оккупированных Россией территориях имела целью уничтожение сознательных украинцев, запугивание всех других и принуждение к выезду в Россию,  чтобы оставить на месте только лояльных к России жителей. Эта стратегия полностью соответствует разделению украинцев на четыре группы, введенной, как сообщают исследователи, российскими контрразведывательными службами:

  • подлежащие физической ликвидации / уничтожению;
  • нуждающиеся в подавлении и запугивании;
  • те, кого можно склонить к сотрудничеству;
  • готовые сотрудничать.

В этой войне есть много преступлений, неизвестных публике, даже тем, кто старается внимательно следить за событиями. Мы рассмотрим здесь одно из них — фильтрацию. Ей можно дать следующее определение: это насильственный, неурегулированный процесс выяснения персональных данных задержанных людей, их социальных контактов, взглядов и отношения к государству-оккупанту, их безопасности для власти или служб государства-оккупанта, а также их готовности и согласия на сотрудничество с властью или службами государства-оккупанта. Цель ее — выявление людей с проукраинскими взглядами, нелояльных к оккупационному режиму, в частности, тех, кто считает себя украинцами, отказывается от получения российского паспорта и хочет сохранить украинское гражданство, и их изоляция или даже уничтожение.

Фильтрационные процедуры начались в первой половине марта с началом принудительного переселения жителей Мариуполя в Россию. Так, “Российская газета” сообщила, что в лагере Безымянное было задержано 5000 украинцев, и что они проходили проверки, чтобы не допустить в Россию “украинских националистов, переодетых под беженцев во избежание наказания”[1]. Люди, уезжающие в Запорожье, также подвергались тем же процедурам.

Первый этап фильтрации

Фильтрация происходит в два этапа. На первом этапе весь поток беженцев должен пройти проверку документов, взятие отпечатков пальцев и первичный опрос на так называемых фильтрационных пунктах. Этот этап может длиться от нескольких часов до нескольких суток в зависимости от длины очереди в фильтрационный пункт. Большое внимание при этом к мужчинам, в частности, призывного возраста, которых опрашивают особенно тщательно, иногда применяя насилие. Проверяющие пытаются выяснить причастность человека к вооруженным силам ранее, правоохранительным органам, пограничникам, другим органам государственной власти и местного самоуправления, узнать об их отношении к Украине, к войне. Женщин спрашивают, где находятся их мужья, не служат ли в украинской армии.У всех изучают содержание телефона, выискивая контакты с военнослужащими, проукраинские надписи или мелодии. Всех раздевают, кроме детей и женщин старше 45 лет: ищут татуировки, свидетельствующие о проукраинской ориентации. Также на коже ищут специфические потертости от ношения стрелкового оружия и бронежилета, потертости указательного пальца правой руки, синяки на правом плече от отдачи при стрельбе. При подозрении в нелояльности к России людей задерживают и далее они находятся под стражей, при этом разделяют семьи, даже мать или отца с детьми. Известен случай, когда отца разлучили с тремя детьми, которых увезли в Россию. Сразу после освобождения он получил звонок от старшего сына, что если он их не заберет в течение трех дней, то их усыновят. Отец сразу поехал в Россию и успел забрать своих детей.

Фильтрационные пункты были созданы в большом количестве всюду, где были потоки беженцев, уезжающих с оккупированной территории. Фильтрацию проводили также на блок-постах.

Те, кто прошел первый этап фильтрации, получают справку небольшого размера, на которой указаны фамилия, имя и отчество, дата рождения, печать с надписью “Дактилоскопирован”, названием фильтрационного пункта, датой и подписью лица, производившего фильтрацию. Фамилия этого человека не указывается. Эта “справка” является пропуском на всех оккупированных территориях, с ней также можно въехать на территорию РФ, ее нужно предъявлять при каждой проверке вместе с паспортом. Но и она может не спасти от повторной процедуры проверки телефона, багажа, тела и т.д.

Талон про проходження фільтрації в Мангуші, фото: фейсбук-сторінка Анатолія Левченка

Талон о прохождении фильтрации в Мангуше, фото: фейсбук-страница Анатолия Левченко

Первый этап мог проходить и иначе. 36-летнюю Елену и ее 9-летнюю дочь, скрывавшихся от обстрелов в подвале местного садика в Мариуполе, оккупанты выгнали из укрытия и обманом заставили их уехать в Россию.

25 марта 2022 года люди в военной форме с белыми повязками пришли в подвал, и составили список находившихся там людей. Сказали, что это необходимо для оказания гуманитарной помощи. Когда список составили, в подвал пришли другие военные—чеченцы.Они потребовали, чтобы люди немедленно собрались и их вывезут в безопасное место, потому что сейчас будет зачистка города от военных ВСУ.Они смогут вернуться через два дня, так что даже не нужно брать с собой вещи. Военные выстроили коридор из солдат через каждые 50 метров друг от друга вдоль морской линии, в сторону Виноградного (село на восточном выезде из Мариуполя).

Людей привезли в Безымянное (село на берегу Азовского моря, в 30 км от Мариуполя к востоку) и поселили в школу. На первом этаже были кровати, на которых лежали пожилые люди, которые плохо ходят. Остальные находились на втором и третьем этажах. Кроватей не хватало. Школа была переполнена, а людей все привозили и привозили. Там была полиция ДНР и администрация этой школы — их направили туда работать.

Вместе с Еленой привезли 540 человек. Через шесть дней приехали автобусы, их было 10, изабрали людей с детьми. Но куда везут, не говорили. Уже по дороге люди узнали, что их везут в Россию. Автобус с людьми привезли в пункт пропуска Куйбышево (Ростовская область), где и провели фильтрацию.Сначала допрос в пункте пропуска полиции ДНР — в контейнере, стоявшем прямо в поле. Информацию о людях занесли в какие-то базы, отсканировали документы, смотрели мобильные телефоны.

Затем был блокпост ДНР, где военные допрашивали людей и осматривали вещи. Это бывший украинский таможенный пункт. Людей допрашивали каждого поодиночке. Сначала Елену допросил один человек, после чего ее отправили в зал ожидания. Телефон Елене не отдали. Ее мать с ребёнком остались в другом зале. Затем ее снова вызвали на допрос. Спрашивали: где работала, кто друзья, что она совершала после начала боевых действий. Спрашивали, о ее отношении к “военной операции России”. Допрос длился около полутора часов. У Елены сняли отпечатки пальцев, сделали фото в фас и профиль. В итоге она с матерью и дочкой попала в Казань.

Яркое описание жизни в Мариуполе под непрерывными бомбежками, выезде и прохождении фильтрации дала в своем интервью 17-летняя Мария Вдовиченко. Среди прочего она рассказывает об услышанном разговоре двух военных ДНР: “А что ты делал с теми, кто тебе не нравился?” — “Я расстреливал и не думал!”.

Второй этап фильтрации

Задержанных на первом этапе отправляют под конвоем для дальнейшего углубленного прохождения фильтрации на 30 суток в фильтрационные лагеря — места несвободы, иногда этот срок для особенно упрямых украинцев давали вторично.Фильтрационные лагеря —либо закрытые ранее учреждения исполнения наказаний и теперь расконсервированные, либо неофициальные места лишения свободы, где оченьплохие условия содержания: перенаселенность, плохое питание, часто нет доступа к воде, к освещению, к туалетам, к свежему воздуху, отсутствует доступ к медицинской помощи. В медиа появлялась информация, что российские захватчики содержат более трех тысяч гражданских жителей Мариуполя в “фильтрационной тюрьме” — бывшей исправительной колонии № 52 в поселке Оленивка Донецкой области. В другом издании писали, что “именно здесь содержатся бывшие правоохранители, проукраинские активисты и журналисты. Теперь стало известно о второй фильтрационной тюрьме в Оленивкена базе бывшей Волновахской исправительной колонии № 120”. В колонии №120 содержались также военнопленные из полка “Азов”. Тут в ночь с 28 на 29 июля 2022 года был взрыв, унесший жизни 50 военнопленных.

Приведем рассказ бывшего следователя Олега, работавшего в Донецком областном управлении полиции.

21 марта 2022 года он пытался выехать из Мариуполя в сторону Запорожья. На блокпосте в с. Мелекино он был задержан. По его словам, на блокпосте стояли бывшие сотрудники полиции, которые пальцем указывали на сотрудников полиции. Также на блокпостах были списки госслужащих. Далее его привезли в Мангуш в райотдел полиции, где он провел сутки. В помещении, где он находился, было более 35 человек. С ним в камере находились сотрудники полиции, пограничной службы, спасатели из Государственной службы чрезвычайных ситуаций. Также была задержана молодая женщина из исполнительной службы. После этого его под конвоем направили в Докучаевск. В центре Докучаевска находится Дворец культуры, в котором расположен фильтрационный пункт. Гражданские лица приходят к нему для получения пропусков, задержанные размещаются на заднем дворе этого здания. Здесь производится сортировка задержанных на военных, полицейских, других госслужащих и лиц без документов. Там они находятся тоже одни сутки. Затем им завязывают глаза и везут в Донецк. В помещении бывшего Управления по борьбе с организованной преступностью (ул. Юнговская 5) их размещают по 35-37 человек в камере. Производят дактилоскопирование, фото татуировок и вносят информацию в базы данных “Рубеж” и “Скорпион”. Теперь они получили статус подозреваемых. Проводят допрос, на котором спрашивают о взаимодействии с Азовом, Торнадо, и на причастность к расследованию правонарушений в отношении лиц, воевавших со стороны ДНР. Спрашивали, где архив, состав подразделений и пытались склонить к сотрудничеству.

После допроса люди ждут этапирования, их отправляют на медосмотр. В больнице, где был Олег, проводили осмотр доброжелательно. В другой больница (со слов других людей) доктор предлагал их расстрелять без медосмотра.

После медосмотра Олег попал в Донецкий СИЗО. На него был составлен протокол административного задержания на 30 календарных дней на основании внутреннего нормативного акта ДНР (не помнит, какого именно)о сотрудничестве с террористическими организациями. После чего задержанных привезли в колонию №120 возле Волновахи. В камерах находится по 35-40 человек, туалет не работает, воду и продукты не дают несколько дней. Затем большинство полицейских переводят в бараки. В бараках они могут ходить в туалет по улице, знакомые могут передавать еду. Эти бараки они же и ремонтируют.

О допросах в колонии Олег не рассказывал. 8 мая он был освобожден.

В фильтрационных тюрьмах допросы проводятся с участием сотрудников ФСБ, с применением насилия, различного вида пыток и преследуют ту же цель: сломать человека, добиться признания в лояльности к РФ. Прошедшие этот второй этап фильтрации через 30 суток освобождались, получали справку о прохождении фильтрации и могли ехать в Россию. Те же, кто не прошел второй этап фильтрации, кого не сломали, получали согласно постановлению так называемого Государственного комитета обороны ДНР №31 от 26 апреля 2022 года статус пленного и срок лишения свободы 10 лет, они направлялись в учреждения исполнения наказаний Донецкой области. Это совершенно незаконное и дикое даже для россиян постановление было отменено после “референдума” в конце сентября 2022 года о присоединении ДНР к РФ, и часть узников освободили. Какую именно часть, и куда подевались остальные — неизвестно. Есть версия, что их перевезли в российские места лишения свободы, где их осуждают российские суды “за противодействие специальной военной операции” (так в России называют эту войну), по крайней мере один такой случай известен.

Назвать количество попавших в фильтрационные лагеря и количество освободившихся из них людей мы не можем, такие данные нам неизвестны. По-видимому, это десятки тысяч людей.

[1] Цит. по публикации в газете “Гардиан”

Поделиться