РФ совершила более полутысячи преступлений против украинских журналистов и медиа с 24. 02. 2022

Детальнее о похищении украинских медийщиков и российских кибератаках читайте в статье.
Марина Гареева01 декабря 2023UA DE EN ES FR IT RU

[kiber_crimes]

С начала российского полномасштабного вторжения представители РФ совершили 543 преступления против украинских журналистов и СМИ.

Обновленные данные обнародовал Институт массовой информации, осуществляющий Мониторинг российских преступлений против журналистов и медиа.

В течение октября и ноября 2023 года мониторы уже зафиксировали три нарушения свободы слова, совершенных представителями РФ. Речь идет о похищении и кибератаках.

[kiber_ru]

За год и девять месяцев полномасштабной войны российские оккупанты убили 69 журналистов. Десять из них были убиты во время выполнения профессиональной журналистской деятельности.

Похищение медийщиков

В октябре этого года стало известно о похищении администраторов телеграмм-каналов запорожского регионального издания “РИА-Мелитополь” и “Мелитополь — это Украина”. Россияне держат медийщиков в плену и обвиняют в “терроризме”. Примечательно, что видео задержания украинцев были обнародованы в российских пропагандистских медиа и телеграмм-каналах только 29 октября, хотя украинцы были незаконно взяты в плен еще 20 августа. Россияне обнародовали такой список задержанных: Александр Малышев, Георгий Левченко, Максим Рупчев, Яна Суворова, Марк Калиуш, Константин Зиновкин. Всех их обвиняют по нескольким статьям Уголовного кодекса РФ: украинцам инкриминируют публичные призывы к терактам, госизмене, шпионаж. Незаконно задержанным медийщикам грозит от 12 до 20 лет лишения свободы.

Георгій Левченко. Скриншот з сюжетів російських пропагандистів. Георгий Левченко. Скриншот из сюжетов русских пропагандистов.

Георгий Левченко. Скриншот из сюжетов русских пропагандистов.

После взятия в плен администраторов, россиянам удалось захватить телеграмм-каналы “РИА-Мелитополь” и “Мелитополь — это Украина”. Однако украинская редакция создала новый телеграмм-канал “РИА-Мелитополь / РИА-Юг” и продолжила работу.

Атаки РФ на спутниковые каналы

В ноябре этого года российские хакеры также атаковали эфир телемарафона “Единые новости”. Трансляцию прерывали российские музыкальные клипы и прокремлевская пропаганда. Россия атаковала спутниковый сигнал всеукраинского телемарафона, однако украинские специалисты отразили атаку.

Кроме того, Россия пыталась вмешаться в работу пяти спутниковых телеканалов “Общественного”: “Первый”, “Общественное Новости”, “Общественное Крым”, “Общественное Культура” и “Общественное Спорт”. Россияне пытались глушить каналы и заменить контент. Глава наблюдательного совета “Общественного” Светлана Остапа связывала атаку “с независимой речью и правдивым освещением войны”, которая “очень не нравится агрессору”. Светлана Остапа отмечала, что хотя специалисты быстро возобновили вещание, “чтобы обезопасить себя от блокировки, компания рассматривает возможность перехода на другой более защищенный спутник”.

“Русский мир” во временно оккупированном Мелитополе

Уже 25 ноября Иван Федоров рассказал, что Россия устроила настоящий “русский мир” в информационном поле временно оккупированного Мелитополя. Представители РФ ограничили доступ ко всем объективным и независимым СМИ (речь идет не только о телевидении, но и о радиовещании) и блокируют VPN, чтобы усложнить поиск правдивой информации. При этом оккупанты анонсировали и уже начали запуск собственного спутникового телевидения с красноречивым названием “Русский мир”. Вражеское телевидение будет насчитывать не менее 39 каналов, которые будут круглосуточно транслировать кремлевскую пропаганду.

Читайте также: Идеолога ‘денацификации’ Украины приговорили к 10 годам лишения свободы

Общий контекст

Напомним, что в самой России ввели новую профессию и начали готовить “медиаполицейских”. Последние будут отслеживать так называемый экстремизм в интернете. По данным российского издания “Известия”, соответствующее направление бакалаврата появилось в Российской академии народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС) при Президенте РФ. Как отмечали журналисты УП, официальное название направления обучения — “Медиаобеспечение государственных интересов и национальной безопасности”. Будущие медиа-полицейские будут выявлять и блокировать экстремистские и деструктивные материалы, а также бороться с пропагандой. Примечательно, что, по словам заведующей кафедрой медиаобеспечения госинтересов и нацбезопасности РАНХиГС Лидии Малыгиной, данная программа реализуется при поддержке Национального антитеррористического комитета РФ. Завершив обучение, российские “медиаполицейские” получат одну из специализаций: расследование правонарушений в отношении граждан (кибербуллинг, сталкеринг), юрлиц (пиратство) или государства (экстремизм). Очевидно, они возьмут на себя часть функций Роскомнадзора, который блокирует информацию в интернете. Кроме этого, Россия активно использует искусственный интеллект для производства фейков, а российские хакеры атакуют правоохранителей, собирающих доказательства военных преступлений РФ.

Похищение медийщиков и незаконные обвинения также являются обычной практикой, к которой Россия прибегает на временно оккупированных территориях Украины. Еще в октябре этого года в Национальном союзе журналистов Украины отмечали, что, по данным городского головы Мелитополя Ивана Федорова, к тому времени представители РФ незаконно задержали более тысячи мелитопольцев с начала полномасштабного вторжения. При этом Федоров отмечал, что это лишь официально подтвержденные случаи. Сколько на самом деле украинцев оккупанты незаконно удерживают в плену, неизвестно. “Родственников некоторых пропавших людей запугали так, что они даже не предоставляют украинским спецслужбам и омбудсману информацию”, — отмечал городской голова.

По состоянию на 18 октября 2023 около 28 тысяч граждан Украины считались пропавшими без вести при особых обстоятельствах. Как отмечал директор Харьковской правозащитной группы Евгений Захаров, львиную долю исчезновений, задокументированных совместной инициативой “Трибунал для Путина” (T4P), можно предварительно квалифицировать как насильственные исчезновения, ведь все попытки родных разыскать пропавших натыкаются либо на отказ в ответе, либо на утверждение, что местонахождение пропавшей без вести человека неизвестно. “Международный Красный Крест в лучшем случае может ответить, что человек находится в России, но, где именно, не уточняет”, — объяснял директор ХПГ.

То, что Россия скрывает местонахождение пропавших без вести людей, подтверждало и аналитическое исследование Харьковской правозащитной группы. “После исчезновения родственники потерпевших не имели возможности получить информацию ни у местных оккупационных властей, ни у официальных государственных лиц Российской Федерации”, — отмечала юристка ХПГ Анна Овдиенко. РФ могла подтвердить, что пропавший человек находится под контролем российских властей, когда с момента исчезновения истекали месяцы. Иногда информацию подтверждали через год. Однако даже такие подтверждения могли не содержать информацию о точном местонахождении человека и/или о состоянии его здоровья. Учитывая это, родственники пропавших без вести все равно продолжали находиться в состоянии вакуума: сначала они не знали, жив ли исчезнувший человек, а потом не знали, в каком состоянии он находится и не подвергается ли насилию. “В ответ на запросы органы государственной власти России не давали конкретных ответов, а в большинстве случаев — вообще не отвечали”, — отмечала Анна Овдиенко. Юристка также отмечала, что “такие действия совершаются умышленно, поскольку формальные ответы от Российской Федерации, не содержащие конкретных обстоятельств преступлений, предоставляются одними и теми же лицами — массированно, во всех известных нам случаях”. При этом подобные ответы не соответствуют нормам международного и национального права, подчеркивала Анна.

Поделиться