Правоохранители расследуют 306 фактов казни украинских военнопленных россиянами
Согласно нормам международного гуманитарного права, комбатант, прекративший участие в боевых действиях, получает защищенный статус лица, выведенного из строя (hors de combat). Это правило вступает в силу автоматически, как только военнослужащий складывает оружие и выражает намерение сдаться, оказывается во власти вражеской стороны или получает ранение, из-за которого физически не способен продолжать бой. С этого момента он перестает быть законной военной целью. Несмотря на это, украинские правоохранительные органы, правозащитники и независимые международные мониторинговые миссии системно фиксируют противоположную практику со стороны вооруженных сил РФ.
Один из недавно зафиксированных эпизодов убийства украинских военнопленных произошел 11 апреля 2026 года неподалеку от населенного пункта Ветеринарное в Харьковской области. По данным Офиса Генерального прокурора, российские военнослужащие взяли в плен четырех бойцов одной из механизированных бригад Вооруженных сил Украины, после чего убили их. Преступление произошло во время официально объявленного Пасхального перемирия. Правоохранители начали досудебное расследование. Действия российских военнослужащих квалифицировали по части 2 статьи 438 Уголовного кодекса Украины — нарушение законов и обычаев войны, сопряженное с умышленным убийством.
По данным Офиса Генерального прокурора, по состоянию на май 2026 года украинские правоохранители расследуют 306 фактов убийств украинских военнослужащих на поле боя после сдачи в плен. Эти эпизоды объединены в 116 уголовных производств. В прокуратуре уточняют, что речь идет о военных, которых убили после того, как они сложили оружие или не могли оказывать сопротивление из-за ранения. Эта статистика не включает погибших украинских военнопленных в колонии в Оленовке.
Еще в мае уполномоченный Верховной Рады по правам человека Дмитрий Лубинец заявил, что на данный момент уже известно о 337 казнях украинских военнослужащих, попавших в российский плен. По его словам, пытки, надругательства и казни украинских бойцов не являются единичными случаями, а свидетельствуют о сознательной практике России. Омбудсмен также подчеркнул, что одних заявлений о “глубокой обеспокоенности” со стороны международных партнеров недостаточно — мир должен переходить к решительным действиям в ответ на преступления России против украинских военнопленных.
Служба безопасности Украины также сообщала, что по состоянию на 15 апреля 2026 года по делам о казнях украинских военнопленных официальные подозрения объявлены девяти российским военнослужащим. Обвинительные акты в отношении семерых из них уже направлены в суд, а пятеро военных преступников признаны виновными и осуждены.
В феврале 2026 года украинский суд впервые вынес приговор за убийство украинских пленных именно на территории Курской области. Шевченковский районный суд Киева приговорил к пожизненному лишению свободы российского военнослужащего Владимира Иванова, которого признали виновным в расстреле двух украинских военнопленных. Само преступление произошло 9 января 2025 года в лесу возле села Гуево Курской области РФ. По материалам дела, Иванов вместе с другими российскими военными расстрелял двух бойцов украинской территориальной обороны — Ивана Кондратюка и Виктора Ляпоту. Украинские военнослужащие уже сложили оружие, подняли руки и не оказывали сопротивления, а следовательно, не могли быть законной военной целью. Момент убийства зафиксировал украинский беспилотник. Впоследствии украинские военные выследили преступников и взяли Иванова в плен. На суде он полностью признал свою вину. В целом Иванов стал уже третьим российским военнослужащим, получившим приговор в Украине за такое преступление. Кроме того, суд постановил, что Иванов и правительство России должны выплатить 50 миллионов гривен компенсации 14-летнему сыну одного из погибших защитников.
Украинский правозащитник Андрей Яковлев в материале Укринформа отмечал, что к преступлениям против украинских пленных может быть причастно и высшее военное командование РФ. По его мнению, командиры и высокопоставленные должностные лица не могли не знать, что делают их подчиненные, особенно если такие случаи повторяются и приобретают массовый характер. Если убийства пленных фиксируются на разных направлениях, если российские военные публично оправдывают жестокость, а командование не останавливает такие действия и не наказывает виновных, это может свидетельствовать о толерировании преступной практики или о неформальных приказах.
С точки зрения международного гуманитарного права убийство военнопленных является одним из самых тяжких нарушений. Общая статья 3 Женевских конвенций запрещает насилие в отношении людей, не принимающих активного участия в боевых действиях. К этой категории относятся, в частности, военнослужащие, которые сложили оружие, были задержаны, ранены или по другим причинам больше не могут участвовать в бою. Отдельно Третья Женевская конвенция требует гуманного обращения с военнопленными. Они должны быть защищены от насилия, запугивания, унижения и незаконного лишения жизни. Любое действие государства, которое приводит к смерти пленного или серьезно угрожает его здоровью, рассматривается как грубое нарушение Конвенции. Так же обычное международное гуманитарное право запрещает атаковать лиц hors de combat — то есть тех, кто уже находится во власти противоположной стороны, является безоружным, раненым или четко выразил намерение сдаться. Для таких людей война в юридическом смысле уже прекратилась: они не могут быть целью, их необходимо защищать.
